Пропустить меню

Тень

Сказка

Декабрь 2012, Москва

…я всё толстею, а это самое главное!
Андерсен, «Тень»

Быть может, раньше теням был резон бросать хозяев, но ныне они так обленились, что держатся за человека намертво. Пьют с вами утренний кофе, сопровождают вас в театр и даже ездят в жаркие страны за ваш счёт.

Один модный поэт отправлялся на море по совету врачей. Его провожали к поезду поклонники, они же несли багаж, а сам поэт шёл по перрону, едва отрывая ноги от земли, и обленившаяся тень его с трудом волочилась следом. Со взглядом, в котором отразились все тяготы мира, поэт поднялся в вагон и втащил за собой тень. Он вошёл в купе и улёгся. Когда поезд тронулся, поэту пришлось подняться и с вымученной улыбкой помахать рукой поклонникам. Те несказанно обрадовались.

Сутки пути поэт пролежал на одном месте, вставая, только чтобы поесть. Он не видел, как за окном проплывали сквозь облака горы, как солнце обожгло горизонт и вспыхнули южные звёзды. Наступила ночь, из окна подул свежий воздух, и казалось, будто даже тень полегчала. Стук колёс убаюкивал, навевая сны, полные шума морского прибоя, и только огни редких станций тревожили сон поэта.

По приезде он остановился в лучшей гостинице побережья и отправился на пляж, где занял шезлонг под самым большим зонтом и немедленно вновь уснул. Поэт не плавал в море, потому что вода казалась ему слишком холодной, а лежал в тени, хорошо питался и даже написал десять строк из будущей поэмы, где речь шла о нестерпимой жаре. Необычным поведением он привлекал к себе всеобщее внимание и наслаждался этим, пока через несколько недель не заметил, что к ночи окружение его стало рассасываться — нашлось какое-то другое развлечение. Поэт выяснил, что в особняке по ту сторону ущелья устраиваются музыкально-поэтические вечера. Ему несколько раз приходили приглашения, но он не считал нужным отвечать на них. Теперь же, когда самолюбие было ущемлено, поэт решил во что бы то ни стало почтить своим присутствием вечер.

На вечеринку пришлось идти пешком, и поэт ужасно устал, поднимаясь по лестнице, вырубленной в скале, однако он произвёл на собравшихся впечатление и радовался восстановленному положению. Поэт познакомился с девушкой, которая говорила с ним о возвышенном, и, хотя разговор был скучен, он отметил красоту девушки и на следующий вечер, после того как отлежался на пляже, вновь говорил с ней. Она читала поэту его же стихи, а он следил за её губами и ловил восторженный взгляд. Нет, он не влюбился — он не мог влюбиться, — но его влекло к девушке.

Однажды после особенно приятной встречи в особняке, где вино текло рекой, а музыка так гремела, что эхо испуганно металось по ущелью, поэт в окружении новых почитателей его скромного таланта, среди которых была и девушка, возвращался обратно в город. Небо из-за облаков было темно, как сама ночь. На мосту ему пришла в голову мысль. Он забрался на парапет (тень устроилась рядом) и выдержал небольшую паузу, чтобы шум гремящей глубоко внизу реки подчеркнул драматичность момента. Он вскинул голову и начал с выражением читать одно из своих старых сочинений про безмолвие ночи.

Дремавшая природа проснулась, услышав плохие стихи, и захотела взглянуть на того, кто её потревожил. Ветер раздвинул облака, и в небе вспыхнула белая луна. Разжиревшая на курорте тень испугалась яркого света и бросилась куда глаза глядят, прямо в ущелье. Своим весом тень утянула за собой и поэта.

Природа зевнула, и стемнело опять.
[Сергей Белоусов, serbel.ru]

Опубликовано в: Белоусов С. С. Дачные дела и другие истории. Москва: Эдитус, 2019. 196 с. ISBN 978-5-00149-157-6. (С. 173–175.)