Пропустить меню

«Танкред» Россини в Москве

← К списку отзывов

Танкред Джоаккино Россини в Концертном зале имени Чайковского (Москва), 12 сентября 2014

В ролях:

Танкред — Патрисия Бардон, меццо-сопрано [Patricia Bardon]

Аделаида — Ольга Перетятько, сопрано

Аржирио — Антонино Сирагуза, тенор [Antonino Siragusa]

Орбаццано — Олег Цыбулько, бас

Изаура — Александра Кадурина, меццо-сопрано

Руджеро — Ирина Рейнард, меццо-сопрано

Российский национальный оркестр

Хор Академии хорового искусства имени Попова

Дирижёр — Альберто Дзедда [Alberto Zedda]

«Танкред» — произведение, похоже, во многом неудобное для Россини из-за особенностей сериа-жанра. Отсюда и большой объём, и какая-то размазанность действия во втором акте. Музыка, разумеется, типично красивая, но местами к композитору явно приходило вдохновение.

Альберто Дзедда, который два года назад исполнял в том же зале с тем же оркестром «Маленькую торжественную мессу» Россини, вновь продемонстрировал свою любовь к драматическому напряжению, поэтому увертюра показалась не то чтобы пресноватой, но какой-то слишком спокойной, а зато вступление к арии Аделаиды «Di mia vita infelice» во втором действии было глубоко проникновенным (как «Agnus Dei» в Мессе в прошлую встречу) и, что называется, moving. Совершенно прекрасен был хор — воистину профессиональный коллектив, который вступал едино даже на шипящих-свистящих, который делал удивительное пиано в одних местах, а в других — отвечал за масштабность, не заглушая при этом солистов.

Впрочем, перекрыть солистов было бы трудно: у всех шести вокалистов большие и сильные голоса. Редкий случай не только для концертного исполнения, но и вообще для оперы. Если ждать от концертного исполнения какой-то театрализованности, то, при всей отдаче солистов, не очень внятно выстроились отношения на сцене между персонажами.

У Патрисии Бардон широкий диапазон, хотя верхние ноты берутся наскоком, и оттого резковато. Гораздо свободнее она чувствует себя в более низкой тесситуре, там заметней и красота голоса. «Di tanti palpiti» Бардон исполнила медленней, чем хотелось бы, но в остальном темпы были что надо, и в ансамблях, например, она прозвучала наилучшим образом.

Ольга Перетятько ожидаемо «делала вечер», по-прежнему удивляя редкой в наши дни округлостью звука и единым тембром во всех регистрах, даром небес — звонкими верхами, а также общей подвижностью голоса. В рамках данного музыкального материала она создала центр, вокруг которого всё крупное произведение и выстроилось.

Антонино Сирагуза, который очень впечатлил московскую публику в роли принца в «Золушке» того же Россини в 2010 году, а затем в позапрошлом январе лично меня очень разочаровал в «Дочери полка» в Гамбурге, нашёл некоторую золотую середину: колоратуры по-прежнему беглы, голос для россиниевского тенора очень полётный, а вот верхи берутся теперь с усилием и только через промежуточную «ступеньку».

Александра Кадурина в роли Изауры, хотя по округлости и лёгкости голоса проигрывала Аделаиде — Перетятько, стала всё же своеобразным открытием как новое меццо-сопрано с хорошими колоратурами (ария «Tu che i miseri conforti» была её заслуженным звёздным часом).

Брючная партия Ирины Рейнард довольно небольшая, с одной арией, но её было достаточно, чтобы понять, что голос, при всём его внушительном объёме и при всей отточенной технике, всё-таки не чувствует себя в музыке Россини наилучшим образом; вопрос в выборе репертуара.

Вечер определённо удался. Поскольку опера определённо не самая лёгкая для слушателей, то счастье, что собрался такой замечательный состав музыкантов.

13 сентября 2014